(отрывок из книги Инго Нирмана и Адриано Зака «Расширенное сознание. Странный мир наркотиков и их потребителей»)

«Адольф Гитлер верил, что алкоголь, никотин и употребление мяса образуют разрушительный для здоровья дьявольский замкнутый круг. Тем не менее, он выпивал немного травяного ликёра после обеда, так как страдал желудочными болями и метеоризмом. Он также ежедневно принимал до шестнадцати пилюль «Antigas», содержавших нейротоксины, стрихнин и белладонну/атропин. 

Начиная с 1937-го, возможно уже с 1936-го, получал инъекции свежеоткрытого метамфетамина (торговая марка: первитин), скорее всего их делал его личный врач д-р Морель. Начиная с 1941 года, он получал один укол ежедневно, как только проснётся, особенно перед важными встречами или речами. Его колол «Рейхс-министр шприцев» — Геринг. Впоследствии потребление первитина увеличилось до 8 уколов в день. 

Дополнительно Гитлер принимал изготовленные специально для него таблетки «Vitamultin», упакованные в золотую бумагу — они также содержали метамфетамин, в последний год войны до десяти штук в день.

Кроме того, он постоянно посасывал кофеиносодержащие конфеты «Cola-Dahlman». Поначалу это придавало бодрости и приподнимало настроение, но вскоре приходили апатия, депрессия и припадки бешенства. Бессонница и отсутствие аппетита сменялись фазами долгого сна и неумеренного приёма пищи. 

В 1939 году у Гитлера появилась привычка обкусывать кожу вокруг ногтей на большом, указательном и среднем пальцах обеих рук. Кончики его пальцев были постоянно воспалены. В 1942 году руки и ладони начали дрожать, словно при болезни Паркинсона, после чего ему дополнительно прописали опиаты, а также излюбленный бодибилдерами «сексуальный гор-
мон» тестовирон. 

Начиная с 1942-го, он так часто расцарапывал себе шею, что она постоянно была усыпана гнойничками-пустулами. У Гитлера повысилась светочувствительность, он стал терять вес, страдал головными болями.

После неудачного покушения 20 июля 1944-го у Гитлера появились кровотечения слуховых проходов. Специалист-отоларинголог д-р Гизинг опасался серьёзного заболевания лобных пазух и предлагал лишь одно средство лечения: смазывание слизистых оболочек десятипроцентным раствором кокаина, чтобы уменьшить воспаление и снять боль. 1 октября Гитлер среагировал на очередное кокаиновое смазывание приступом сердечно-сосудистой недостаточности.

21 апреля 1945-го, на следующий день после последнего дня рождения Гитлера, д-р Морель покинул бункер фюрера, захватив с собой все запасы наркотиков.
У Гитлера оставалась последняя возможность добиться столь необходимой стимуляции: кокаиновые глазные капли. Препарат сильно расширял зрачки и делал их столь светочувствительными, что он не мог более переносить дневной свет. Помимо того возникал эффект оцепенения глазных мышц. Когда Гитлер и Ева Браун совершили самоубийство 30 апреля 1945-го, он был функционально слеп.»